Яблочная отрасль Узбекистана находится на пороге тихой революции, которая не требует закладки новых садов, расширения площадей или ожидания, пока молодые деревья вступят в плодоношение. Напротив, страна может значительно увеличить объём качественных яблок на рынке, просто более эффективно используя уже имеющиеся ресурсы. Ключ не в том, чтобы выращивать больше яблок, а в том, чтобы терять меньше и поставлять на рынок более качественный продукт из текущего урожая.
И нет, это не мечты. В крупных странах-производителях яблока эта недорогая технология постепенно становится стандартом, в то время как в Узбекистане многие о ней даже не слышали.
Каждый год Узбекистан собирает около 1,4 млн тонн яблок, однако, по данным аналитиков EastFruit, лишь 100 тыс. тонн проходят через современную холодильную инфраструктуру и предназначаются для зимнего потребления внутри страны. Даже в этом относительно продвинутом сегменте потери остаются значительными. Потеря влаги и порча в лучших хранилищах достигают 10%, а в менее эффективных – значительно выше. Это означает, что как минимум 10 тыс. тонн заложенных на хранение яблок не доходят до потребителей (если бы всё хранилось в лучших хранилищах, поэтому в реальности намного больше).
По оценкам команды экспертов, работающих над плодоовощным компонентом в рамках совместной инициативы ФАО/ЕБРР по агропродовольственной климатической и экологической устойчивости (ACES), внедрение полного цикла протокола «умной химии» MCP-1 – как предуборочной, так и послеуборочной обработки, позволяет сократить потери вдвое, до около 5%, немедленно высвобождая дополнительно 5 тыс. тонн высококачественных яблок без выращивания даже одного дополнительного плода! Это позволяет говорить о потенциале замены около 300 грузовиков импортного яблока, идущего в Узбекистан из далекой Польши, Молдовы, Украины, Ирана или Китая, продукцией собственного производства!
Одно только это улучшение даёт фермерам дополнительные $6 млн ежегодной выручки при оптовой цене около $1 200 за тонну. Но сокращение потерь – это лишь часть преимуществ! Управляя реакцией на этилен и замедляя дыхание плодов, MCP-1 снижает их метаболическую активность, что резко уменьшает потребность в охлаждении. Сочетание пред- и послеуборочного применения MCP-1, исходя из практики его использования в других странах мира, снижает ежегодное энергопотребление примерно на 7,8 ГВт·ч, что даёт ещё $638 780 экономии. В сумме операционные затраты в размере $600 тыс. приносят $6,04 млн чистой годовой выгоды, обеспечивая впечатляющую окупаемость более чем в 10 раз!
Но преимущества выходят далеко за рамки экономики. Предотвращение порчи 5 тыс. тонн яблок устраняет выбросы метана, которые возникли бы при их разложении примерно 8 400 тонн CO?-экв. Снижение энергопотребления дополнительно предотвращает 4 290 тонн CO?-экв., доводя общий ежегодный эффект сокращения выбросов до 12 700 тонн. В эпоху, когда сельское хозяйство вынуждено сокращать углеродный след без ущерба продовольственной безопасности, яблочная отрасль Узбекистана показывает, что эффективность – это стратегия климатической устойчивости.
Проще говоря, Узбекистан может увеличить предложение яблок не за счёт расширения садов или строительства новых хранилищ, а благодаря превращению пассивного хранения в активное биологическое управление. Плоды уже есть. Ценность уже есть. Нужно лишь перестать её терять.
Однако, как отмечает Андрий Ярмак, экономист ФАО и руководитель проекта, таких результатов можно добиться только при идеальных условиях, чего в реальности практически не бывает. Прежде всего, существует потребность в обучении применения MCP-1, особенно в садах, где очень много специфики. Кроме того, технология работает исключительно в современных хранилищах и требует строгого контроля всех процессов. «Мы заметили, что многие садоводы Узбекистана, владеющие хранилищами, даже не знают о существовании этих технологий, и наша задача состоит в том, чтобы побудить их обратить на них внимание уже сейчас. Уверен, что со временем это станет стандартным подходом, потому что он имеет идеальный экономический смысл и помогает снижать углеродный след всей плодоовощной цепочки», — подчеркнул он. (EastFruit)